Целомудрие как традиционная нравственная ценность

На протяжении многодневного свадебного обряда  неоднократно  подчеркивалось, что в брак вступает целомудренная невеста. Причем эта ценность была достоянием публичного признания.

В первой половине свадебного ритуала – вплоть до момента венчания – целомудрие невесты оказывалось исключительным индикатором торжества рода и одновременно его высочайшей гордостью за того человека, который свято хранит традиции предков  и с почтением относится к его живым продолжателям. Можно без преувеличения сказать, что практически каждый ритуальный шаг невесты был сопряжен с ее соответствующим статусом. А он, в свою очередь, предопределял следующий этап развития свадебного обряда.

Забегая далеко вперед, заметим, что традиционный свадебный ритуал повторного замужества проходил по совершенно иному сценарию. Принципиальную корректировку претерпевало свадебное торжество и в том случае, если невеста признавалась в своем грехе. Это было позором не только для семьи, но и для всего рода. Одним из первых моментов публичного признания естественно-природного состояния невесты был девичий вечер (подчеркиваем – девичий).

На Полесье в день свадьбы невесту усаживали на дежу и расплетали косу. Только целомудренная невеста имела моральное право совершить это обрядовое действие. Причем этот момент считался самым ответственным нравственным испытанием в жизни незамужней девушки. Казалось бы, ну что тут такого: чтобы не позорить род и не давать повод для долгих и порой злорадных пересудов односельчан, воздержись и не скажи правду – все равно ведь рентгеном не просветишь и визуально не удостоверишься! А не тут-то было! Девушка была воспитана в таком духе (и страхе!) народных представлений, который однозначно свидетельствовал: за обман семья и даже все односельчане понесут страшное проклятье. В этом случае разного рода несчастья постигнут ее саму и всю ее семью, а в некоторых местностях считали, что и всю деревню: градобой, засуха, болезни, неурожай  и т.п.  Вместе с тем повсеместно существовал обряд, когда после первой брачной ночи на обозрение родителей (а иногда и всей родни) выносили простыню, на которой спали молодые, или сорочку невесты.  У славян широко бытовало поверье, что посуда бьется к счастью. После первой брачной ночи  следовало бить глиняные горшки. Разбившийся горшок  служил подтверждением того, что невеста была целомудренна, если горшок оставался цел, значит, невеста была «нечестной».

Об утрате девственности невесты судили по следующей примете:  если вдруг перед алтарем палал венец. Недаром на Беларуси говорили, что «яна згубіла венчык» - символ девичества.

Если невеста была «нечестной», она  и ее родители подвергались наказаниям: гости били посуду, разламывали печь, мазали дегтем стены или ворота, невесте (родителям или брату) надевали хомут и заставляли ходить по деревне,  обливали водой, невесту сажали задом наперед на коня и отправляли к родителям.

Оцените материал
(0 голосов)